С гордостью говоря о губернаторстве Гаврилы Романовича Державина, мы обычно забываем о том, что в Петрозаводске он был вторым лицом: над ним стоял генерал-губернатор, возглавлявший наместничество – альянс двух губерний, Олонецкой и Архангельской. Тогда еще не было нашей знаменитой циркульной площади. Но композиция ее уже наметилась: друг против друга стояли два одноэтажных длинных дома – генерал-губернаторский и губернаторский. Между ними на протяжении всей карельской эпопеи Державина шла самая настоящая перестрелка. Генерал-губернатор Тимофей Иванович Тутолмин был порядочным самодуром.Для собственного эскорта он сформировал в крохотном Петрозаводске приватную кавалерию. С законами не считался. Это приводило Державина в ярость. Поэт вел изнуряющую борьбу с беззаконием. И потерпел поражение.
Прав биограф поэта В.Ф, Ходасевич, когда пишет, «служба Державина вдохновлялась той же мыслью, что и поэзия». А это верность началам божественной справедливости. Державин пытался ударить по взяточникам и растратчикам. Но коррумпированное карельское чиновничество фактически вытеснило его за пределы Олонии.
Державин полагал, что в олонецкой глуши будет часто общаться с музой, но здесь она фактически оставила его. В Петрозаводске он написал только одно стихотворение «Уповающему на свою силу». Это переложение 146 псалма. Библейским мотивам поэт умел придавать остро современное социальное звучание. Нет сомнений в том, что именно безотрадные петрозаводские впечатления побудили его создать вторую редакцию знаменитой оды «Властителям и судиям», где резко усилена бичующая нота. Поэт бросает вызов правителям, презревшим свой долг – 81 псалом превращается у него в беспощадный вердикт эпохе:
Ваш долг есть: сохранять законы.
На лица сильных не взирать.
В 1795 году поэт преподнес Екатерине II свой рукописный сборник с этой одой. Императрица смутилась. Секретарь тайной канцелярии Шешковский, который вел дело крамольного Радищева, должен был учинить поэту допрос. Но тот обладал еще и дипломатической увертливостью, заявив в свое оправдание, что псалмопевец «царь Давид не был якобинцем».
У Евгения Евтушенко есть такая строка: «И суд поэта - это Божий суд». Словно о Державине сказано! Петрозаводск вдохновил его на создание безумно смелых гражданских стихов.