Нагота по-гречески - “гимнос”. Греки разделили людей на гимнофилов /поклонников наготы/ и гимнофобов / врагов наготы/. Надо признать, что гимнофобия взяла верх в христианской культуре и потому В.В. Розанов написал тревожную книгу “Люди лунного света”: запреты охладят нас – выхолостят живое чувство – погасят солнце любви.
Это случилось на Олимпийских играх в 720 г. до н.э. У бегуна Орсиппа упала бедренная повязка. Почему эллины это так ярко запомнили? Потому что они пережили шок неожиданной для них публичной наготы. Сразу вслед за Орсиппом выступил на дистанцию Акант. Уже без повязки. Так функциональней. И так красивей. В греческой культуре начался триумф наготы! Это ошеломило всех: прекрасная гетера Фрина разделась на виду у народа – и обнажённой вошла в море.
Советская власть поддерживала гимнофобию. И вот на её тусклом фоне появляется великий писатель Иван Ефремов, в чьих книгах воспевается женская нагота. Не через неё ли Бог даёт своё высшее откровение? Нелепые запреты порождают пошлость и порнографию. “Разденься, человек!” Так назывался роман А. Ренникова, вышедший вскоре после Октябрьской революции. Тогда же прозвучала гениальная строка В.Хлебникова : “Свобода приходит нагая”.
Истина и красота едины. Вот мы говорим: “голая истина” – мы стремимся к ней. Почему же красоту надо прятать от взора?
Эрос у греков – космическая сила. Со всей мощью она проявилась в Индии. Спасибо ей за “Камасутру”. И за храм Кхаджурахо, построенный в 1000 г. н.э – в сонме его скульптур воспета плоть, захваченная вихрем страсти.
Греческие дионисии – или славянская ночь на Ивана Купалу: это вовсе не разнузданность, а раскрепощение Эроса, подавленного множеством табу. Наши предки во время этих праздненств возвращались к природе. Нагота естественна. Ностальгия по Эдему, где человек не знал одежд, живёт в нашем бессознательном.
Слава труду Кутюрье! Но красота наготы превосходит красоту любых одеяний.
12.04.2007
