Моменты, когда в пору хвататься за голову и стонать «Какой позор!» бывают в жизни у каждого. «Ваш досуг» считает, что о своих «завалах», как о дурных снах, нужно рассказывать во всеуслышание, чтобы потом было над чем смеяться. Тогда любая трагедия окажется забавным курьезом. А не наоборот!
Первым свой позор публично отважился обнажить Александр Быкадоров, легендарный Дедушка из группы «Мюллярит».
«Это было одно из первых публичных выступлений «Мюллярит» в Москве. 1999 год. Концерты, выступления, съемки у Диброва совпадали с Днями карельской культуры в Москве. Карельская культура буквально гремела в столице. А мы, карельские музыканты, «гудели» в гостинице «Молодежная» на окраине. И как-то, после радостной ночи общения с коллегами мне захотелось кофейку. Спускаюсь в гостиничный бар - 25 рублей за чашку! Бешенные цены по тем временам. Нет, думаю, меня не так то просто обобрать. Еду в центр Москвы, выхожу на Старый Арбат. Улыбаюсь рассвету, жмурюсь в лучах. Но и в утреннем блаженстве не забываю, что вышел на охоту за дешевым кофе. Отыскиваю ресторанчик. Написано «Бизнес класс». Но цены - загляденье. Кофе - всего за пятерку. Расположился. Сервис поражает. Мне, раннему клиенту, предлагают музыку на мой вкус выбрать. Обхаживают всячески. Я - в меню. А там и тортик за пять рублей. И коньячок недорогой. Набрал всего. Пора расплачиваться. Протягиваю 20 рублей. И тут выясняется, что цены указаны в у.е. Позор! Мало того, что позавтракал в поисках экономии на 20 долларов, так еще и вся заработанная на предыдущих гастролях валюта осталась в гостинице. Уходил из ресторана со стыда сгорая. Паспорт оставил в залог, денег у них занял на метро, чтобы до кошелька заветного добраться. Потом, конечно, вернулся, расплатился. Но все оставшиеся концерты с вдохновением пел: «Дорогая моя столица. Золотая моя Москва!».
Моменты, когда в пору хвататься за голову и стонать «Какой позор!» бывают в жизни у каждого. «Ваш досуг» считает, что о своих «завалах», как о дурных снах, нужно рассказывать во всеуслышание, чтобы потом было над чем смеяться. Тогда любая трагедия окажется забавным курьезом. А не наоборот! 
