Да–да-да! Знаю: звук был так себе, слова песен было не разобрать, бар «Поршень», как выразился один знакомый из Мурманска – сарай на краю леса, а его хозяева устрашающе высокие парни, мест в гардеробе всем не хватило, курить можно было только на холодной улице, однако же... отныне и навсегда с нежностью и трепетом буду переступать порог этого заведения, ибо под этим низким потолком впервые на петрозаводчине прозвучал «Автостопный блюз» в самом что ни на есть оригинале.
Из Умкиного отзыва в «Живом Журнале» о концерте в Петрозаводске :


«Бар "Поршень", несмотря на то, что мог показаться дырой, обеспечил главное - достаточно тесное помещение для жуткого драйва, с которым встретила нас местная публика. Сцены нет, все глаза в глаза на расстоянии полметра. Девочки лесбийского исповедания, правда, поддостали, особенно одна, которая все хотела потрогать мою гитару, за неимением лучшего, остальные вели себя сдержанно. Но я их постаралась не обижать - тоже вроде люди. Жаль, никто не снимал на видео - событие из ряда вон выходящее, самый драйвовый концерт этой осени - если не считать Донецка и Днепра, но это все же Украина. В галерее "Выход", наоборот, снимали, хоть было особо и нечего, получилась такая бархатная арт-тусовочка.»


В «Выходе», где Умка с Борисом Канунниковым отыграли акустический концерт, атмосфера оказалась, и впрямь, самая что ни на есть нежная. Прейскурант, где было написано «Вход для зрителей -250 рублей» быстренько убрали, проверку билетов поручили семилетнему поклоннику, звук отстроили весьма приличный, и уж там-то можно было услышать каждое Умкино слово. Перед началом концерта известный всей стране голос звучал озорно: «А кому пирожки горячие!? Все по сто рублей! Детям скидка! Дети – это все у кого нет ста рублей!». Диски и в правду разошлись как свежая выпечка на вокзале. А через час петрозаводская богема, стуча себя по коленкам, подпевала: «Раньше ты в столовой собирал объедки, презирая теплые сухие клетки...» и «Ничегооо страаааашного, ничего страааашного нет!».


А мне вот было страшно – вдруг, что не так, и потому, уже дома, после концерта от классического вопроса: «Как вам понравился наш город?» не удержалась:
Умка:
«Город понравился чрезвычайно, и это не лесть. Тихо, спокойно, чисто, сдержанно. Великолепное сиреневое от заката озеро, ржавые баржи на причале. Высоких зданий мало, большие квадратные окна, я вообще люблю этот послевоенный стиль, домики, построенные на совесть немецкими пленными. Еще мне очень понравилось, как вела себя публика на концертах. Вот именно так, как надо: на электричестве бешено отрывалась, плясала, орала, а на акустике сидела тихо, слушала внимательно. А бывает - на акустике чуть ли не в пляс пускаются, а на электричестве стоят или, еще хуже, сидят отмороженно, хлопают, жалуются, что слов не слышно. Какие к черту слова на электричестве? Просто мы с тобой все правильно сделали: сперва электричество с массированной рекламой, а потом уже вслед ему акустика, и все довольны.
Я бы сказала, что у вас аудитория более горячая, чем в Питере. Про Питер вообще говорят, что там народ отмороженный, но это не так, мы за много лет отрастили себе довольно отрывной электорат. Кроме того, в Питере нас очень хорошо знают, а здесь большинство народа видит впервые»

Впервые, но не последний раз, хочется верить.