Человек так устроен: он смотрит, читает, слушает - удивляется. А потом ищет аналогии. Радуется, если обнаруживает, что все это уже где-то было. Психологи давно вывели универсальную формулу бестселлера: много банальности и чуть-чуть оригинальности. В первой кроется традиция, во второй - авторская самобытность. Описывать индивидуальные проявления творчества мы оставим критикам, а сами займемся поиском «карельский корней» современного искусства. О цикле «Дозоров» Сергея Лукьяненко рассуждает доктор филологических наук, профессор, преподаватель ПетрГУ Евгений Михайлович Неёлов.
- Фэнтази сегодня - один из самых популярных жанров. Полвека назад фантастика была научной: писатели грезили будущим. Теперь оно, вероятно, стало слишком туманным, и авторы увлеклись обращенной в прошлое фэнтази. Успех этого жанра начался с появления знаменитой трилогии англичанина Толкиена. Тогда, в начале 90-х, в постсоветской литературе родилась так называемая «славянская фэнтази». Сергей Лукьяненко - представитель этого жанра. У него сюжеты, отработанные в европейской и западной литературе, перенесены на русскую почву и исполнены в славянской фольклорной традиции. В "Дозорах", как и в классической фэнтази, обычный, несчастный человек попадает в другой мир и проявляет свои сверхъестественные магические способности. Герой обретает себя и тем самым делится с читателем зарядом оптимизма. В фантастическом мире оборотней, вампиров и вурдалаков, известных персонажей русского фольклора, присутствует четкость моральных ориентиров: герой может выбирать между Светом и Тьмой. И уже на этот психологический фундамент накладывается "закрученная" сюжетика, модернизация и трансформация далеких, в века уходящих представлений, которые живут в каждой национальной традиции. Маги и нечистая сила «Дозоров» - это персонажи "низшей" мифологии. Упоминания о них лучше всего сохранились именно у нас, на Севере. Карелию, где в конце 19- начале 20 веков были обнаружены великолепно сохранившиеся былины, называют «Исландией русского эпоса», заповедником народного творчества. Если кто-то пожелает сравнить современного вурдалака из романа Лукьяненко и мифическое чудовище столетней давности, то обращаться надо к фольклорным материалам, записанным именно в Карелии. Это у нас в быличках был популярен мотив оборотническтва. И возможность заново переписать судьбу была у колдунов, бытовавших именно в северном фольклоре. Богатство наших фольклорных источников и популярность фэнтази как жанра приводит к тому, что в литературе Карелии появляются и свои авторы-фантасты. О книге карельской писательницы Татьяны Мешко «Колдун здесь» (на материале реальной жизни заонежского колдуна) мы поговорим в следующий раз.
Мария Морозова10.11.2006
