«У меня везде книги! - проводит нас по своей квартире Лариса Бойченко, – не всякому мужчине это бы понравилось. Посчитав мой дом захламленным, мужчина быстро навел бы здесь только ему понятный порядок!»
- Лариса Дмитриевна, мы встречались с Вами 8 лет назад – Ваши феминистские взгляды до сих пор не изменились...
- Да, и это не должно никого пугать. Как и 8 лет назад, я повторю слова моей американской коллеги: «Когда я не даю вытирать о себя ноги, меня называют феминисткой».
- Как понять «вытирать ноги»?
- Меня не должны оскорблять и унижать. Я по-прежнему пытаюсь отстаивать свои права и права тех, кто находится рядом со мной. Это созвучно принципам либерального феминизма, которых я придерживаюсь.
- По-моему, так живет любая нормальная женщина. В чем же здесь феминизм?
- Я попробую объяснить разницу между феминисткой и обычной женщиной. Сегодня женщина, не придерживающаяся феминистских взглядов, говорит: «У меня и у моего мужа равные права. Но, кстати, пусть он мне шубу подарит и на юг отдыхать отправит, а еще он должен зарплату приносить и домой к ужину являться». А позиция феминистки как раз и заключается в том, что мужчина ей ничего не должен: она, как и он, самостоятельная личность и способна на равных выстраивать любые свои отношения. Как видите, феминизм – это не мужененавистничество. Либеральный феминизм не живет по принципу «все мужики сволочи», не отвергает мужчину как такового и не призывает сменить сексуальную ориентацию...
- Получается, Вы, как феминистка, просто ничего не требуете от мужчин. Да они таких, как Вы, должны на руках носить!
- Возможно. Только наши мужчины в большинстве своем не готовы к подобной женской позиции. Когда мужчина видит, что у него ничего не просят, он порой удивляется и начинает искать подвох...
- Потому что современный мужчина привык, что у него постоянно что-то просят. Сколько девочек с 15 лет на вопрос: «Кем ты хочешь стать?» отвечают: «Содержанкой!»
- Это не только российская тенденция. Мои коллеги из Швеции, Франции, Германии и Великобритании – тех стран, где феминизм развит и принят на государственном уровне, замечают, что их дети очень критично относятся к тому, чем занимались мамы-феминистки. То есть, даже дочери и внучки тех, кто когда-то, как суфражистки в Англии, ради получения политических прав приковывал себя цепями, бил витрины магазинов и выходил на баррикады, сегодня говорят: «Для нас это не так важно. На выборы мы не пойдем. Мы хотим сидеть дома и рожать детей!» И мои европейские коллеги недоумевают, задаваясь вопросом: «Почему?» А как раз потому, что эти девочки никогда не ощущали той дискриминации, которую почти удалось победить их мамам и бабушкам. А сегодня, воспринимая свои права и свободы как должное, они к тому же обнаружили, что мужчину можно дополнительно использовать в своих целях. Отсюда порой и потребительское отношение европеек к мужчине. Кстати, это одна из причин, почему иностранцы до сих пор охотно женятся на русских женщинах.
- Кстати, о браке. Феминистки весьма индифферентно относятся к официальной регистрации отношений. Как Вы смотрите на то, что в современном обществе, где мужчина в состоянии завести себе домработницу и поужинать в ресторане, а женщина может без проблем себя обеспечить, институт брака рушится как таковой...
- Кризис современной семьи - это вопрос, в котором теорию труднее всего воплотить на практике. Предположим, он и она свободны и равноправны. Это значит, что в семье они, прежде всего, должны уметь договариваться. Для нашего поколения это было особенно сложно. Мы жили среди большого количества предрассудков и догм. Я согласна, что сегодняшний институт брака переживает глубочайший кризис. Но давайте ответим на вопрос: «Что такое брак?» Современная молодежь часто не регистрирует свои отношения. С моей точки зрения, это в первую очередь проблематично для женщины. Такое сожительство выгодно, прежде всего, мужчине. История права показывает, что женщина выигрывала от неузаконенных отношений только, если была богаче мужчины или принадлежала другому сословию. Во всех остальных случаях отказ от официальной регистрации брака ставил женщину в еще более зависимое положение. В современном обществе это не только российская проблема, и, скорее всего, она не замыкается только на институтах брака и семьи. Сегодня все наши отношения выстраиваются в совершенно иной системе координат, чем 20 лет и, тем более, 20 веков назад. Невозможно сохранить патриархальную модель семьи в мире, который настолько изменился. Семья не выдерживает патриархальной нагрузки, которую общество пытается на нее возложить.
- Как мама взрослого сына, недавно, кстати, женившегося, как Вы представляете идеальную модель семьи Ваших детей?
- Как мама-феминистка я уже выразила свое представление об этом, когда сказала сыну: «Женись!» Он ответил, что нормальные мамы наоборот отговаривают сыновей от брака. А я объяснила, что, занимаясь правами женщин, не могу допустить того, чтобы девушку использовали и не несли за это никакой ответственности. Я убеждена, что нежелание мужчины или женщины оформлять отношения – это и есть боязнь ответственности. Хотя процедура развода сегодня не настолько сложна, но даже она пугает. В целом, потакание родителей такой позиции, с моей точки зрения, воспитывает безответственное отношение друг к другу, а, значит, и к обществу. Но при этом, повторюсь, я убеждена, что ни женщина, ни мужчина не должны паразитировать друг на друге.
- А где грань? Что называть паразитированием? Если мужчина подарит Вам шубу, неужели Вы ее не примете?
- Смотря какой мужчина. Если это будет близкий человек, то, наверное, приму, чтобы сделать ему приятное. Но требовать – никогда. Я сама рада дарить мужчинам щедрые подарки, когда есть на что. Табу здесь не существует. Только радикальные феминистки против того, чтобы им двери открывали. Лично мне ни в женщинах, ни в мужчинах не претят галантность и хорошие манеры.
- У меня есть для Вас вопрос от коллеги-мужчины. Он, зная, что мы готовим с Вами интервью, интересуется: ведя статистику семейного насилия, все скрупулезно подсчитывают, сколько женщин было избито мужьями. А ведутся ли исследования - сколько мужчин страдают от морального насилия, когда жены сутками их пилят и изводят?
- На тему гендерного насилия я пишу докторскую диссертацию. Любое насилие, даже моральное, приводит к негативным последствиям. И синяк под глазом, и эмоциональное давление – это насилие, но разного порядка. Сравнивать здесь сложно. С точки зрения закона, любое физическое вмешательство – преступление, за которое как мужчина, так и женщина должны нести уголовную ответственность. А с точки зрения феминизма, в случае эмоционального насилия, когда женщина «доводит» мужа, у него всегда есть право выбирать: уйти или остаться. Не все понимают, что у них есть выбор. Интересно, что когда мы исследовали проблему домашнего насилия в Карелии, то обнаружили, что мужчины и женщины под термином «насилие» понимают совершенно разные вещи. Когда жена, как вы говорите, «зудит», ей, как правило, даже в голову не приходит, что она доводит мужа до рукоприкладства. А мужчина, когда бьет, совершенно искренне не понимает, что делает больно.
- В смысле не понимает? Он что, идиот?
- Мужчины и женщины, как доказано научно, даже думают по-разному: женщина двумя полушариями мозга, а мужчина – только одним. Он не может прыгать с одного на другое. Единовременно он способен решать только одну задачу. Из пункта «А» в пункт «Б» он пойдет по прямой только потому, что витиеватый путь ему физиологически не под силу. Поэтому, когда жена пилит мужу его единственное полушарие, он не в состоянии думать о последствиях - разворачивается и бьет. По мнению ученых, мужчины - гораздо более примитивные существа. При этом мы, женщины, также несем за это ответственность.
- То-то мои подруги не устают повторять, что в Петрозаводске нормальных мужчин не осталось...
- Честно? Не осталось. Или какие-то отдельные экземпляры, которые разбирают, едва они успевают родиться. И пока мы не откажемся от патриархального типа семьи, новые не появятся. Посмотрите, что происходит: мы рожаем мальчиков, которые растут дома с мамами, пока папы зарабатывают деньги. В детском саду этими мальчиками занимаются нянечки и воспитательницы-женщины, в школе ребенка встречает учительница, в университете тоже сидит дама, которая его уже априори раздражает, и так до бесконечности. В итоге мы получаем феминных мужчин, которые не устраивают нас, современных женщин. Потому что современная женщина, даже отрицая, что она феминистка, хочет иметь все, чего добиваются феминистки, да плюс еще получать то, что положено содержанке. С другой стороны, наше государство продолжает высмеивать мужчину, помогающего женщине. Муж, выносящий мусор, у нас до сих пор – символ подкаблучника. А потом мы удивляемся, почему современным девочкам в семьях приходится одновременно учиться, работать, растить детей, тянуть на себе дом и мужа. Тогда как на Западе мужчинам и женщинам удалось разделить обязанности. В здоровом обществе мужчина нужен женщине так же, как и она ему - они не только партнеры, но и друзья. Муж готов содержать жену, если она осталась без работы. Но он также вправе рассчитывать, что в трудные для него времена женщина не отвернется. И общество при этом не заклеймит их обоих! Мало кто задумывается, что от традиционной роли добытчика мужчина тоже может устать. Но вот отказаться от нее он сам порой не в состоянии. И не потому, что любит гоняться за мамонтами. Мужчина, убивший мамонта, заработавший деньги, больше всего ценит сладкий момент власти и контроля, момент распределения, когда он и только он, мачо, решает, кому и сколько он выделит от своей добычи. Забрать у мужчины эту привилегию, значит, больно ранить его самолюбие.
- То, что с мужчинами у нас тяжело – очевидно. А с женщинами-то как?
- Я работаю с молодежью, и мне в юридической академии мальчики-студенты часто жалуются: «Лариса Дмитриевна, я как человек не интересую ее совершенно. Все, что она хочет, это знать, есть ли у меня машина, жилье и кто мои родители». И я отвечаю, что мужчины получили то, за что боролись, когда без оглядки стремились в министры, на руководящие посты и ключевые должности...
.gif)
Фото Якова Симанова
- То есть, Вы хотите сказать, что мужчины, столетиями не дававшие женщинам развиваться, загоняя их на роль сексуальной игрушки и домашней прислуги, получили в итоге поколение овец, которых не интересует ничего, кроме корма и теплого места?
- Примерно так. А в последние 20 лет масла в огонь добавили еще и СМИ, возведшие образ проститутки чуть ли не в ранг романтической героини и превратившие стервозность в панацею - единственное оружие женщины против неправильного поведения мужчины. Нам внушили, что нормальную женщину можно унизить и использовать. А стерву трогать нельзя – она сдачи даст. Феминизм против того, чтобы женщины в жестком, стервозном поведении видели свое спасение. Гораздо нормальнее будет выглядеть ситуация, когда мужчина научится достойно относиться к женщине.
- Лариса Дмитриевна, последний, довольно откровенный вопрос. Все Ваши феминистские взгляды, Ваши разумные модели гендерных отношений, сработали в Вашей личной жизни? Чего Вы добились для себя?
- Того, что в свои годы я имею возможность выбора. Я не живу с нелюбимыми мужчинами. Я стараюсь, чтобы вокруг меня не было случайных людей. В мой внутренний мир не вламываются. Я чувствую себя свободной. А вопрос о том, что мне пока не встретился мой мужчина, по-прежнему остается открытым...
Мария Морозова
