Застрельщиком выступило наше эстонское общество «Очаг», а на официальном уровне - Центр национальных культур. Грузинские дети любопытно тянули шеи, евреи прохаживались, заложив большие пальцы за лацканы сюртуков, арабские танцовщицы дразнили голыми животами, более целомудренные в одежде вепсы скромно сидели на лавочке...
Впрочем, концерту предшествовала не менее интересная процедура облачения в наряды своих предков, когда собранные в одной комнате люди на глазах преображались, на время забыв о приличиях в вынужденных обстоятельствах общей гримерки. «Крестьяне» наряжались сами, «аристократы» без помощников не справлялись, иных обряжали в шесть рук. То и дело до слуха долетали разрозненные реплики:
- Нет, нет, не приближайтесь, я раздета.
- Я думал, напротив, вы меня зовете. Так призывно рукой машете...
В другом углу рассуждали:
- Вот какую песню запоем, такую и запоем. Так бывает, что случайно само запоется...
А то еще и приставали друг к другу:
- А вы из какой семьи?
- Не видно, что ли?
Действительно, национальную принадлежность можно было определить по костюму (в некоторых случаях и без костюма было понятно). И вот большая разношерстная семья братских народов вытекла в фойе, потом заполнила зал, проникла за кулисы...
Вообще, национальные ансамбли поддерживали свои семьи, участвовавшие в марафоне в течение года. Ансамбль «Oma paju» из Пряжи поддержал вепсскую семью Алексеевых, ансамбль литовского танца «Kaip moku, taip soku» - семью Класинскис, младший представитель семьи Багратян сам исполнил тарантеллу на гитару, также сами справились с художественной задачей представители арабской культуры из семьи Амер, грузины Чичуа и карелы Толмачевы-Мухарины. А члены эстонской семьи Петерсон коллективно исполнили менуэт. В концерте также участвовала русская семья Синявиных, ансамбль украинской песни под руководством Клары Стасюк, ансамбль польского танца «Ядвига» из Санкт-Петербурга и другие национальные коллективы Петрозаводска, которых оказалось неожиданно много. Даже если б эти необычно одетые люди просто вышли на сцену и больше ничего не делали, на них уже было бы очень интересно смотреть.
Потом, после концерта, облачившись в обычную свою одежду, свитерки и джинсы, они стали неузнаваемыми, это были как будто бы совсем не те люди, которые только что исполняли танцы и песни своей национальной диаспоры. Они превратились в типичных представителей толпы, и вместе с этим что-то кончилось. Что-то большое и яркое. Наверное, атмосфера карнавала. Вавилон, стихийно возникший в отдельно взятой филармонии.
